Он всегда желал моему парню зла

После обильного снегопада на детской площадке резви­лась детвора. Дошло дело и до сугробов, которые малы­ши так любят превращать в горки. Скатываясь вниз, один из мальчуга­нов натолкнулся на какое-то препят­ствие, ойкнул и испуганно отскочил в сторону. В том месте, где только что был снег, торчала голова заледе­невшего человека.

Через час на площадке уже ра­ботала оперативно-следственная группа. Судя по одежде покойника, он явно не был бомжем. На теле оперативники обнаружили несколь­ко колото-резаных ран. Позже экс­перты установили, что эти раны не были смертельными. Раненый чело­век, видимо, брёл дворами и поте­рял много крови. В какой-то момент ему стало совсем плохо, он зава­лился на сугроб и больше уже не встал. Прошедший ночью мощный снегопад надёжно укрыл его белым саваном. Если бы не игравшие дети, труп мог остаться в сугробе до пер­вой оттепели, а то и до весны.

В карманах куртки погибшего были найдены паспорт, мобильный телефон и коробочка с золотым кольцом. Документы принадлежали 27-летнему Валерию Борискину. У его девушки Инны, когда ей сообщи­ли о смерти Валерия, случилась ис­терика. Следователям она расска­зала, что Валера последний раз вы­ходил на связь два дня назад. Инна несколько раз звонила ему, но мо­бильник Валерия был выключен. По словам Инны, она подумала, что он где-то в области застрял с товаром: Валера подрабатывал курьером и часто пропадал на несколько дней. Осенью Борискин потерял постоян­ную работу. Парень изматывался, перебивался несколькими подра­ботками, хотя деньги у него води­лись и он регулярно баловал Инну то новым айфоном, то золотыми укра­шениями.

Следователи отрабатывали круг знакомых погибшего, но это принесло мало результатов — при­ятели отзывались о Борискине только положительно. И вдруг на телефоне следователя Михаила Владимирова высветился номер Инны.

— Это был он! Он всегда желал ему зла! — пролепетал заплаканный женский голос в трубке. — Только что был у меня, говорил, что мы можем начать всё заново. Чмо! Маменькин сынок! Ненавижу его!

Бывшего парня Инны, 25-летнего Игоря Киреева, оперативники задержали в квартире, где он проживал вместе с мамой. Отрицать, что навестил не­весту соперника, Киреев не стал. Го­ворил, что любил Инку и даже появ­ление Борискина его чувств не осту­дило. Узнав от общих знакомых о смерти Валерия, Игорь через не­сколько дней после похорон зашёл к Инне с предложением возобновить отношения. И проговорился ей, что следил за Борискиным.

Киреева отправили в СИЗО, но причастность к убийству Борискина он отрицал. Игорь утверждал, что заполучить Инну хотел только ми­ром и надеялся, что бывшая девуш­ка передумает и вернётся к нему.

— А почему ты думал, что Инна снова будет твоей? — спросил Вла­димиров Киреева на допросе.

— Не тем он был человеком, — пояснил Игорь. — С гнильцой, с двойным дном. Я всегда знал, что он падок на юбки. Он и Инку таким же макаром у меня отнял, гад! Я следил за ним, мечтал о компромате. Рано или поздно он изменил бы Инке с ка­кой-нибудь шалавой.

— И что, нашёл компромат? — спросил следователь.

— Не нашёл! — огрызнулся Ки­реев. — Но зато узнал много нового об этом типе.

— Например?

— Не был он никаким курье­ром, — хмыкнул Игорь. — Мотался по разным адресам, что-то заби­рал и увозил в сумках, барахло ка­кое-то. Что-то толкал на рынках. На курьера не особо похоже…

Следователь Владимиров не знал, верить Кирееву или нет. С одной стороны, слишком часто ему прихо­дилось выслушивать слезливые истории о неразделённой любви, ког­да подозреваемый нарочно запутывал следствие, чтобы отвести от се­бя все подозрения. Но зачем же тог­да Киреев сам признался, что вы­слеживал Борискина? Ведь это пря­мой повод его задержать! Михаил решил дать парню шанс.

— Напиши адреса или нарисуй схему, где ты видел Борискина, — Владимиров протянул Кирееву блокнот и карандаш. — А там посмо­трим.

Пару подъездов, в которые якобы ненадолго заходил Борискин, Игорь действительно запомнил хо­рошо. И тут следователей ждал сюр­приз: оказалось, что именно по этим адресам в то самое время, когда ту­да заходил Борискин, были вскрыты две квартиры.

Когда к Инне пришли с обыс­ком, девушка чуть не села на пол прямо в прихожей. Ей даже в страш­ном сне не могло привидеться, что среди подаренных Валеркой укра­шений обнаружились драгоценнос­ти, числившиеся в розыске по не­скольким делам о квартирных кра­жах.

— Раньше он работал слеса­рем, — всхлипывала в беседе со следователем Инна. — Много раз хвастался, что у него руки из нужно­го места растут, любой замок может починить с закрытыми глазами. Ва­лера мне как-то сказал, что больше к «слесарке» не вернётся после ра­боты по техобслуживанию больших фирм. Он ведь по малолетке чуть не сел из-за всего этого — что-то там взломал. А в последнее время, на­оборот, говорил: «Тоскую по станку, жаль, работу хорошую променял…»

— Смотри, Миш, какое интересное сообще­ние, — один из оперов ткнул пальцем в жур­нал дежурного. — Той самой ночью. И в том районе, где мы нашли Бори­скина. Позвонили: драка в подъез­де. Наряд приехал, никого не обна­ружил. А на улице метель — никого не нашли.

Спустя пару часов в подозри­тельном подъезде работали экспер­ты. А через день кропотливой рабо­ты криминалистов в лаборатории кое-что прояснилось. Лестничная площадка хоть и была уже вымыта не раз, но остатки следов крови Ва­лерия Борискина обнаружились на полу, а при тщательном осмотре — и на косяке входной двери 18-й квар­тиры. Её хозяин Алексей Юрасов от­пираться не стал.

— Я спугнул его, — оправдывал­ся на допросе Юрасов. — Началась драка. Я хотел его задержать, уда­рил чем под руку попало. Он вы­рвался, убежал. Догнать мне не уда­лось. Но я не убивал — это была не­обходимая самооборона!

Похоже, что Борискин дейст­вовал по чьей-то наводке. Прошлое у парня действительно оказалось туманным: Валерий пару раз про­ходил свидетелем по нескольким уголовным делам о кражах, тогда обвинению не удалось доказать его соучастие в преступлениях. Но, на беду домушника, у Алексея Юрасо­ва в тот роковой вечер резко поме­нялись планы: он вернулся домой раньше и столкнулся с вором в ко­ридоре собственной квартиры. В пылу схватки Алексей выхватил из кармана нож и несколько раз уда­рил непрошеного гостя, но Борис­кину всё же удалось вырваться и убежать. Как позднее выяснилось, один из ножевых ударов пробил ему печень. Истекая характерной для такого рода ранений чёрной кровью, Валерий был обречён: жить ему оставалось в лучшем слу­чае полчаса.

Юрасов аккуратно подтёр все следы крови в квартире и на своей лестничной площадке. В полицию заявлять не стал, испугался последствий поножовщины. Но экспертизу ему обмануть не удалось. Вышло только хуже для Юрасова: теперь ему грозит до пяти лет лишения сво­боды за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлёк­шее смерть. Возможно, ожидает его и наказание за сокрытие преступле­ния.

Игорь Киреев был полностью оправдан.

Это интересно...

1
Оставить комментарий

avatar
новее старее большинство голосов